Восхождение на Казбек было моим первым серьёзным восхождением и первой моей поездкой в Северную Осетию. Летом 2012 года мы прошли поход 3-й категории сложности по Дигории, а потом отправились на Казбек. Честно говоря, в Северную Осетию я буквально влюбился. Здесь горы больше, выше и суровее, чем на остальном Кавказском хребте. Поэтому они ещё краше и привлекательней. Осетины меня удивили своей добротой и гостеприимством. По всей Осетии сохранились древние башни, оригинально вписывающиеся в горный пейзаж. Глубоко в горах остались каменные селения, которые кажется за последнюю пару сотен лет абсолютно не изменились.
Поздно ночью нас забросили в Кармадонское ущелье, и мы в темноте разбили лагерь в лесу на окраине посёлка. Ехали мы часа три в старенькой газели, меня протянуло, и к утру я стал немного кашлять. Утром вышли вверх по Кармадонскому ущелью, пройдя интересное маленькое горное село Тменикау.
Кармадонское ущелье огромное и немного жутковатое… 10 лет назад здесь сошёл ледник Колка, и это событие привело к жуткой трагедии. По склонам ущелья до сих пор остались следы сошедшего ледника. Видно, как на две трети склона растут деревья и зелёная трава, а ниже, как под линейку, — только камни и осыпи.
По пути встретили группу из четырёх украинцев, откуда-то с запада. Смешные, с странноватым говором, но нормальные ребята. Меня угостили мёдом, чтобы полечить горло. Мы с ними встречались дальше всю дорогу.
Ещё встретили огромную группу молодых ребят из Минска под предводительством деда с бородой.
По ущелью, по длинной тропе мы поднялись к верхним кармадонским ваннам на высоте 2200. Это пять ванн, которые наполняются ручейками из горячих радоновых источников. Каждая ванна — своей температуры.
На ваннах, кроме нас, стояли двое наших ребят из четвёрки: Надя Кущева и Ваня Волков. Их группа ушла наверх, а Ваня повредил ногу кошкой, Надя осталась с ним. И ещё человек 30 местных охотников.
Мы встретили охотников и стали знакомиться. Местный старейшина сразу предложил подраться)) Но это была шутка.
Мы разбили лагерь и стали заниматься своими делами. Кто-то из охотников подозвал наших девчонок, показать что-то в бинокль. А у нас, собственно, полгруппы — красивые молодые спортивные девчонки. Мы с парнями насторожились. Смотрим: их повели угощать… спиртным…
Рома Забродин начал переживать. Саша Попов, наш руководитель, говорит: «Я всё контролирую».
На что Рома говорит: «Да их сейчас напоят, как они завтра пойдут под рюкзаком?»
В общем, пришлось предпринимать меры — пошли вызволять девчонок. Пришли, сказали им идти по палаткам. Ну а самим пришлось отдуваться… и брать всё кавказское гостеприимство на себя… Благо мне старейшина предложил сходить за нарзаном. А до него — с километр пути. Мы ушли вдвоём за нарзаном, а ребятам пришлось пить… Не отвертишься…
Утром мы кое-как встали, собрались. Тут нас поймал старейшина, налил всем по рюмке и благословил. Никогда не начинал ходовой день с рюмки водки. Тем более что я уже пару лет совсем не пил. Да и к тому же нас ждали сложные технические участки.
Практически сразу нас ждала переправа через бурную горную реку Геналдон. Мост снесло, остался от него только один трос. Мы организовали страховку, перелезли по тросу, как по навесной переправе, и переправили отдельно рюкзаки.
Дальше нас ждал крутой выход на ледник. Оля провесила две верёвки на бурах, а мы зажимарили за ней. Саша в этот раз решил дать Оле полидировать на техническом участке. Пока лезли, на нас всё время сыпались камни с края ледника.
Дальше пересекли ледник и вышли к крутому скальному контрфорсу ОЖД. Дальше нужно было лезть по скалам и крутой тропе. По пути встретили группу Сергея Новикова — они ходили 4 к.с. и спускались с вершины. На пике ОЖД у них сдуло рюкзак, и они шли, заглядывая в каждую трещину в поисках рюкзака.
К вечеру мы вышли в штурмовой лагерь на 4200. День выдался очень тяжёлый. Мы набрали 2000 метров, да ещё по леднику и скалам, местами провешивая верёвки. А на пике ОЖД нас встретил неимоверный ветер. Еле установили палатки. Каждую палатку ставили всей группой в 7 человек, и нам ещё помогали ребята с соседней группы. Такой сильный ураган я встретил впервые в жизни.
Утром я обнаружил, что палатка лежит у меня на лице. В общем, нашу палатку порвало по диагонали пополам — и тент, и саму палатку, и поломало дуги. Вторую тоже изрядно потрепало. Нужно было строить хорошие ветрозащитные стены. А мы пришли без сил, кое-как воткнули палатки, где было место, и завалились спать.
Всемером в одной палатке не поместиться. Ветер не утихает. Поэтому Саша принял решение — сворачиваемся и спускаемся вниз… Грустно, обидно, но что делать… Собрались, держа по очереди обрывки палатки, и пошли вниз.
На спуске мы встретили группу другой нашей группы — 4-й категории сложности — под предводительством нашего тренера Ольги Вячеславовны Назаренко. Мы вышли стартовали примерно в одно время, но оторвались от них на один день.
Рассказали про наши приключения.
И тут Саша Попов, наш руководитель, говорит: «Я могу отдать целую палатку и отпустить трёх желающих участников с Назаренко продолжить восхождение. Мы внизу отремонтируем палатку и доберёмся».
Желающих оказалось двое: я и Рома Забродин. Остальные вымотались после похода 3 к.с. и от попытки восхождения. Мы уже третью неделю в горах и решили спускаться домой.
Мы же с Ромой перешли в группу Назаренко О.В. и отправились обратно в штурмовой лагерь.
В этот раз сил у нас было побольше, и мы посвятили строительству ветрозащитных стен 5 часов, не желая повторения.
Погоду ждали три дня. Вдобавок у нас в группе был Паша Топилин, который приехал из города, и ему нужно было акклиматизироваться. Эх… сложно морально в палатке три дня сидеть в тесноте…
И вот настало долгожданное время штурма! Ночью мы выдвинулись. Я был первый в первой связке. Со мной Рома и Олег, а за нами — вторая связка с Ольгой Вячеславовной.
Параллельно с нами вышла группа из Минска. Смешные, в джинсах, с деревянными ледорубами. Вместо фонариков ноги обмотаны скотчем. Со снарягой у них совсем всё плохо. Но при этом шли бодро))
Так мы прошли по плато и стали подниматься по склону. Потихоньку всё затянуло. Я шёл по склону совсем не понимая куда… Склон всё становился круче и круче… И вот в один момент я понимаю, что я практически карабкаюсь по вертикальной снежной стене. Вокруг всё белое и туман. Ничего не видно и не понятно. Ещё меня атакует кашель. На высоте моя простуда разыгралась. Мне казалось, что дальше я уже не могу… но тут рука нащупала полочку… Ползу на неё. Есть! Это седловина!!!
Вылезли и стали ждать группу.
Через время появилась группа ребят из Минска.
Стоим, ждём. Начинаем подмерзать. Ребята из белорусской группы говорят своему руководителю: «Пойдёмте дальше, холодно».
На что им дед отвечает: «Я не знаю, куда идти».
Ждём. Из тумана появляется группа иностранцев под предводительством грузинского гида. Высокий дед с деревянным посохом и в балаклаве.
Мне иностранец говорит:
— Hello! I am John!
И здоровается со мной за руку.
— Hello! I am Denis! — отвечаю я.
— I am from Switzerland, — говорит иностранец.
Холод, ветер, а этот чудик без шапки. Хотя его гид в балаклаве.
За ними показалась и вторая наша связка.
— Дальше, — говорит Ольга Вячеславовна, — мы с Алёной подождём здесь. А вы идёте дальше. До вершины осталось триста метров.
Причину она не стала объяснять. Видимо, Алёне стало плохо.
Мы выдвинулись дальше. Я рвался на всех парусах и тропил. Так что ребята в моей связке не успевали и всю дорогу жаловались на мою скорость.
И вот долгожданная вершина!
Но в тумане на вершине ничего не было видно. Я обошёл по кругу, убедился, что это самая вершина и дальше точно больше некуда идти.
Ура!!! Мы на вершине!
В этот день я самый первый вступил и, собственно, протропил весь путь.
Нас догнали наши белорусские друзья. Мы сделали дружественную фотографию и отправились вниз.
Дальше я хотел дойти быстрее в лагерь…
Спустились в лагерь примерно к 14:00. Я сел на камни, начал снимать кошки и понял, что не могу дойти до палатки. Батарейка сдохла)))
Кое-как дополз в палатку и проспал до следующего утра.
На следующий день мы сбросились сразу до верхних кармадонских ванн. Первое, что я сделал, когда снял рюкзак, — достал свою грязную тарелку, которую не мыл, кажется, дней 5. Было холодно, невозможно лишний раз выйти из палатки, да и банально не было лишней воды. Топить воду и тратить газ на посуду — расточительно в нашей ситуации.
На ваннах мы сделали днёвку, отоспались и накупались. Мне стало полегче. Но даже в городе кашель ещё долго не проходил, пару недель ещё кашлял. Высотная простуда тяжело лечится….
Фильм с нашего восхождения:
Маршрут восхождения на Казбек с севера:
